голоском: Меня золотко не любит, Ну и что поделаешь. Ух-х ... На середину выскакивали все новые и новые плясуны. Гости хлопали в ладоши, кричали: — Браво, браво! — Жми на басы! — Не выдавай, Фаня, не выдавай! — Петька перепляшет! — Ай да старик! — На носочках! — Каблуком жми, каблуком! Обливаясь потом, не сходил с круга Петр. Пузырилась его малиновая рубаха. Из круга то и дело выбывали плясуны. Обессиленного Мусника гости подхватили и усадили на стул. — Молодых на круг! Молодых! — кричал Петр и, приплясывая, шел к ним, будто протаптывая дорожку. Круг расступился. Шумная, немного грубоватая пляска Петра с гиком и подсвистыванием оборвалась. Костя, перебрав басы, заиграл медленнее и тише. И вдруг Елена неслышно поплыла по горнице. Вот она вскинула голову, хотела по девичьей привычке поддержать косы, но они были уложены по-новому, разбросила руки и повела блестящими глазами поверх гостей.